Сенатор США потребовал от Cantor Fitzgerald документы по Tether и данные о прибыли семьи Лютника

Cantor Fitzgerald, выступающая кастодианом резервов крупнейшего в мире стейблкоина USDT, оказалась в центре внимания Сената США. Сенатор-демократ Ричард Блюменталь направил в адрес председателя Cantor и главы компании Брэндона Лютника запрос с 13 вопросами о взаимоотношениях фирмы с Tether и о том, какую выгоду могла получить семья министра торговли США Говарда Лютника. В письме, датированном четвергом, Блюменталь назвал "тревожным" то, что "прибыльная" схема сотрудничества Cantor с Tether может осуществляться "в ущерб национальной безопасности США". Документ направлен от имени демократического представителя меньшинства в Постоянной подкомиссии Сената по расследованиям и носит характер запроса информации, а не повестки; ответ требуется предоставить до 23 октября. Блюменталь позиционирует проверку как часть работы по теме "незаконного использования криптовалют", а также возможных "самообогащения" и ненадлежащих передач выгод между администрацией Трампа и криптокомпаниями. При этом письмо не содержит обвинений в нарушении конкретных законов и не фиксирует выводов о неправомерных действиях. Сенатор запросил у Cantor материалы о том, как компания проверяет соблюдение Tether американских санкционных требований и норм по противодействию отмыванию денег. Он также попросил раскрыть финансовую сторону сделки, включая данные о том, сколько могла заработать семья Говарда Лютника. По утверждению Блюменталя, после возвращения президента Трампа в Белый дом Лютник заработал более $2,5 млрд, включая $1,92 млрд дивидендов от Cantor. За тот же период 5%-ная доля Cantor в Tether, как указано в письме, выросла с $600 млн до примерно $10 млрд, а сама Cantor дополнительно получала десятки миллионов долларов в год комиссий за хранение активов Tether. Cantor выполняет функции кастодиана резервов Tether — денежных средств и других активов, обеспечивающих каждый обращающийся USDT. Сенатор подчеркнул, что, хотя Tether заявляет о работе из Сальвадора, "подавляющая часть" ее активов находится в США и хранится у Cantor. Говард Лютник руководил Cantor до утверждения Сенатом в должности министра торговли в феврале 2025 года; сейчас компанию возглавляет его сын Брэндон. Блюменталь также потребовал сведения о возможных займах и юридических конструкциях, которые могли использоваться для передачи собственности на активы детям Лютника. Это соотносится с ранее описанным в СМИ займом Tether трасту четырех детей Лютника: сумма не раскрывалась, а по времени сделка совпала с периодом, когда дети выкупали долю отца в Cantor. В апреле к этой теме публично обращались сенаторы Элизабет Уоррен и Рон Уайден. За десять дней до отправки письма сотрудники подкомиссии от Демократической партии выпустили доклад "Tether Tied to Terrorism". В нем говорится, что 84% из 846 криптокошельков, попавших под санкции или подлежащих изъятию из-за связей с Ираном и его прокси-структурами, использовали только или почти исключительно USDT. При этом два набора данных, лежащих в основе оценки, отличаются: 87% из 757 кошельков, отмеченных израильским подразделением CounterTerrorism Finance Unit, преимущественно используют USDT, тогда как среди 101 кошелька из перечня OFAC Минфина США доля составляет 57%. Tether имеет техническую возможность замораживать кошельки, блокируя перемещение токенов. Компания заявила в тот же день, что в этом году заморозила около $550 млн средств, связанных с Ираном, включая $344 млн в апреле и более $130 млн в июле. В заявлении доклад напрямую не комментировался. Отдельно Блюменталь запросил доступ к личным материалам Говарда Лютника по Tether за период его работы в Cantor, включая "любые обсуждения с Белым домом или органами регулирования на уровне штатов и федерации о Tether, а также лоббистскую активность, осуществлявшуюся в интересах Tether". Среди прочего сенатора интересуют политика Cantor по идентификации клиентов, обсуждался ли разрыв отношений с Tether и контакты компании с президентским консультативным комитетом по цифровым активам. Cantor должна ответить до 23 октября. В письме также содержится требование сохранить все документы, записи и коммуникации, относящиеся к взаимоотношениям компании с Tether за рассматриваемый период.