CFTC рискует не справиться с надзором за крипторынком из-за дефицита ресурсов

В Конгрессе обсуждают передачу ключевых полномочий по регулированию криптоактивов ведомству, которое недавно лишилось пятой части персонала. Законопроект CLARITY Act (Digital Asset Market Clarity Act of 2025) предлагает в большинстве случаев квалифицировать криптоактивы как "цифровые товары" и передать основной надзор за спотовыми и наличными рынками Комиссии по торговле товарными фьючерсами США (CFTC). Критики предупреждают: у CFTC может не хватить ни людей, ни финансирования, чтобы реализовать реформу на практике. Среди наиболее последовательных скептиков — исследовательница Brookings Тонанцин Кармона. По ее оценке, документ рискует закрепить на бумаге масштабную систему требований, которая будет сбоить из-за ограниченных возможностей регулятора. Кадровые потери и разрыв в финансировании К концу 2025 финансового года численность CFTC сократилась с 708 до 556 эквивалентов полной занятости, то есть на 21%. Это означает потерю примерно одного сотрудника из пяти накануне потенциально крупнейшего расширения мандата в истории агентства. Бюджетный разрыв с другим ключевым регулятором выглядит еще показательнее. На 2026 финансовый год CFTC располагает примерно $365 млн. Комиссия по ценным бумагам и биржам США (SEC) — около $2,1 млрд, что дает ей почти шестикратное преимущество по расходам. При этом в предлагаемой конструкции именно SEC должна будет сократить участие в криптонаправлении. Кармона сводит проблему к простому тезису: CLARITY Act накладывает по масштабу сопоставимые с Dodd-Frank требования на ведомство, которому не хватает штата и бюджета для их исполнения. Что предусматривает CLARITY Act Законопроект, обозначенный как H.R. 3633, прошел Палату представителей в июле 2025 года. В мае 2026 года его рассмотрел (marked up) Банковский комитет Сената, приблизив документ к статусу закона. Центральная идея — завершить многолетний спор о разграничении полномочий между CFTC и SEC в сфере крипторегулирования. В случае принятия CFTC получит исключительную юрисдикцию над спотовыми сделками с "цифровыми товарами". Биржи, брокеры, дилеры и кастодианы, работающие с такими активами, должны будут зарегистрироваться в CFTC. Для требований о регистрации установлен срок вступления в силу 270 дней, а регуляторам отводится 360 дней на завершение нормотворчества. 17 марта 2026 года SEC и CFTC выпустили совместные интерпретационные разъяснения, начав формировать новую классификацию. В качестве цифровых товаров в них были обозначены, в частности, Bitcoin, Ether, Solana и XRP. Эта квалификация принципиальна: от нее зависит, какой регулятор контролирует торговлю активом и какие правила применяются. Проблема ресурсов, о которой предпочитают не говорить Исторически CFTC специализируется на деривативных рынках — фьючерсах, свопах и опционах, где доминируют институциональные участники. Спотовые крипторынки устроены иначе: в них участвуют миллионы розничных инвесторов, многие из которых приходят впервые и слабо понимают рыночные механизмы. Надзор за рознично ориентированными рынками требует иной инфраструктуры защиты потребителей, чем та, которую CFTC выстраивала десятилетиями. У SEC в этом плане есть развитые компетенции: многочисленная команда по правоприменению, программы инвесторского просвещения, обработка миллионов раскрытий информации в год. При перераспределении полномочий эти возможности не переходят в CFTC автоматически. Что это означает для инвесторов Заложенный в законопроект 360-дневный срок на подготовку правил создает сильную точку напряжения. CFTC придется за год разработать комплексные требования для новой категории участников рынка — от регистрации бирж и надзора за торговлей до правил хранения активов и мониторинга рынка. Для ведомства с бюджетом $365 млн и штатом 556 сотрудников это задача в режиме форсажа. Инвесторам стоит внимательно следить за тем, как Сенат будет продвигать законопроект, и особенно — за тем, будет ли он сопровождаться увеличением ассигнований. CLARITY Act без дополнительного финансирования рискует остаться конструкцией, рассчитанной скорее на надежду, чем на инфраструктуру.